Статьи // Superstyle
Мужчины и женщины: «Вышибалы» и «клинья»
Елена Афанасьева
- Нет, ты только подумай! Подумай как следует! Много ли ты знаешь мужиков, которые живут одни?!
Три дня назад услышавшая женский голос, отвечающий по домашнему номеру телефона бывшего мужа, Настасья никак не могла успокоиться. Все переживала. Не за себя – экс-супруга она отправила в отставку по собственной инициативе, а за весь женский род.
- Нет, ты напряги мозги! – взывала подруга. – Ты, лично ты, сколько знаешь мужиков нормального вменяемого возраста, которые живут одни, без женщины?!
- Ну… - начала, было, я. Да призадумалась.
Лавины примеров не находилось. Пришлось, действительно, напрягать мозги.
- Ну, Ваньчика назвать можно… С некоторой натяжкой – живет без женщины, потому что все время с разными женщинами живет. Ну, Тема без женщины, потому что с мужчиной…
- Э, геев не трогаем! Ты натуралов считай!
Натуралов в сознательном возрасте живущих без женского внимания на моем горизонте больше не наблюдалось. Покопавшись в памяти, с трудом отыскала еще один пример - знакомого продюсера, которого последняя супруга выдоила и высосала морально и материально так, что иметь дело с бабами он зарекся. Работал исключительно с мымрами, а спал с постоянно сменяющими друг друга «биороботами» (что на его сленге значило – крашенных блондинок с ботексовыми губками и силиконовыми грудками.
Итого бесхозных мужиков – раз… два… два с половиной. Хотя, по заверению Настасьи, половина не считается. Все.
- А баб?! – продолжала социологическое исследование на примере меня, и моих знакомых, Настасья. – Девочек, девушек, женщин, теток, старух, которые живут без постоянного сожителя, у тебя сколько наберется?
- У-у… Ленка с бывшей работы - раз, еще одна Ленка, двоюродная сестра моя - два, ее дочка Вика уже тоже в том возрасте когда раздельное от мужчины проживание за одиночество можно посчитать - три, потом Вероника - четыре, Светка, моя двоюродная племянница - пять, сестра ее Аня – шесть, мама их Валентина тоже одна - семь, соседка моя Верка …- бубнила я.
- Хватит, хватит! - пыталась затормозить меня Настасья, но я не унималась.
- …еще одна Светка, Марьи нашей подруга-пятнадцать, снова Ленка, моя одноклассница - шестнадцать…
Настасья демонстративно заткнула уши руками, мол, хватит. Но я, разжав ее руки, все же поставила в этом бесконечном перечислении безжалостную точку:
- Ты – это двадцать четыре, я – это двадцать пять! Тоже, почитай, без того, что ты назвала «постоянным сожителем» живем.
Настасья отчаянно замотала головой. Она за весь женский мир в целом радела, но конкретных себя и меня в число одиноких включать не желала.
- Мы – другое дело! Я тебе не по нас, я тебе про статистическое соотношение говорю! Посмотри, что получается. Не война же! И мор на мужское население не нападал! Не было, кажется, таких демографических факторов, которые бы в девяностые-двухтысячные повыкосили лишний десяток-другой процентов нормальных мужиков. Говорят, мальчиков рождается даже чуть больше, чем девочек, но к сознательному возрасту это соотношение приходит в норму, а чем ближе к старости, тем больше баб, на которых, по статистике мужика не найдется.
- Это во всем мире так, продолжительность жизни у женщин больше, чем у мужчин, - подтвердила я.
- Но мы с тобой говорим не про преклонную старость, когда эта продолжительность жизни сказывается. и старушки в одиночестве вынуждены куковать. Мы с тобой про наши вполне цветущие годы – тридцать пять плюс-минус десять лет. И куда же в эти двадцать пять-сорок пять положенные нам по статистическому соотношению мужики подевались, а?
Я стала думать, куда, действительно, подевались мужики у перечисленных мной знакомых и подруг?
- У одной Ленки Андрей от наркотиков загнулся. У Светки тоже наркоман оказался, за неделю до ее родов скопытился, так она девочку одна и растит. Сестра моя двоюродная в тридцать лет овдовела, у ее мужа сердце остановилось…
- В тридцать лет? – не поверила Настя.
- В тридцать четыре. – Поправила я, и пояснила. – Он в ресторане лабал, и, сама понимаешь, пил не в меру. Одноклассница моя, тоже Ленка – господи, не имечко, а наказание – мужа еле выгнала, потому что все нервы ей вытрепал, тоже пил. Дальше, у Вероники муж в автокатострофе погиб. У еще одной Ленки десять лет назад Шурик в какой-то бизнес вляпался, долг не отдал, его и убили. У Кати Витька по тому же делу с долгом в бега подался, да так и сгинул – говорили, что бомжевал где-то в Курске или в Туле, не помню. У Татьяны муж, как на их корпорацию накат пошел, и он заграницу вынужден был уехать, чтоб новым Платоном Лебедевым при каком-нибудь новом Ходорковском не стать, так и года не протянул, от инфаркта умер. Говорят, при их олигаршьих нагрузках резко от дел отходить и из их ненормального графика жизни вываливаться нельзя, иначе сдохнешь, вот Лешка и сдох…
- Ага, не список, а приговор эпохе перемен! - Махнула рукой Настя.
- Ну, пили-то мужики всегда, и подыхали от этого. Перемены здесь не причем. И инфаркты в сороковник у мужиков и при советской власти регулярно случались.
- А молодым девчонкам сегодня что мешает? Племянница, говоришь, твоя, и девочка, что у тебя работала… Их-то двадцати-пяти-тридцатилетних мужиков еще не повыкосило. Убивать теперь меньше стали, не середина девяностых, к счастью. Спиться их мужики еще не успели… Эти-то крошки почему одни?
- А ты Тему среди живущих без бабы считать не велела – не велела. Потому что не с бабой, а с мужиком живет. Я к нему на день рождение зашла – поразилась. Человек сорок импозантных, красивых, холеных молодых мужиков в самом расцвете – от двадцати до сорока пяти. И все парами. Друг с другом. А что это значит? А это значит, что сорок девушек и женщин в самом расцвете себе мужиков чисто статистически найти уже не смогут. Заняты их статистические пары. Друг другом заняты.
- Так и женщины есть такие, что занимаются друг другом.
- Есть, но если и к этому вопросу подходить не теоретически, а на основе собственного житейского опята, то лично я знаю десятка два геев, и только одну лесбиянку. А ты?
Настя помолчала, наверное, производила мысленные подсчеты. Но не досчитала, а лишь головой кивнула.
- И то правда! Мы же с тобой от отсутствии, как это ты говоришь, «постоянных сожителей» в объятия друг друга не кинулись.
- Ага, предпочли сидеть и рассуждать на тему «все мужики сволочи»
- И что получается? – Подводила итог случившемуся социологическому исследованию Настя. - На двух якобы одиноких мужиков, которые в одиноки лишь потому, что каждую ночь в койку новую бабу тянут, мы насчитали два десятка реально одиноких баб с романтическим свиданием раз в год и сексом раз в полгода…
- Насчет «раз в полгода» это ты загнула. Почти у каждой из перечисленных любовник в наличии, а то и несколько, - возразила я. И добавила: - Ты себя в разряд «без постоянного сожителя» зачислила, а сколько у тебя романчиков с тех пор как ты мужа выгнала случилось, а?
Настя чуть нахмурила лоб, подсчитывая, но называть точную цифру не стала, махнула рукой.
- Ну, ты скажешь… Я это отдельный случай. Как оглашенная в этого урода Кирилла влюбилась, мужа выгнала, а урода потом надо было каким то клином из себя вышибать. Вот я и вышибала…
- Тогда не кати бочку на бывшего мужа, у которого по телефону женский голос отвечает. Может, он твой клин вышибает так …
